Неточные совпадения
То направлял он прогулку свою по плоской вершине возвышений, в виду расстилавшихся внизу долин, по которым повсюду оставались еще
большие озера от разлития воды; или же вступал в овраги, где едва начинавшие убираться листьями
дерева отягчены птичьими гнездами, — оглушенный карканьем ворон, разговорами галок и граньями грачей, перекрестными летаньями, помрачавшими небо; или же спускался вниз к поемным местам и разорванным плотинам — глядеть, как с оглушительным шумом неслась повергаться вода на мельничные колеса; или же пробирался дале к пристани, откуда неслись, вместе с течью воды, первые суда, нагруженные горохом, овсом, ячменем и пшеницей; или отправлялся в поля на первые весенние работы глядеть, как свежая орань черной полосою проходила по зелени, или же как ловкий сеятель бросал из горсти семена ровно, метко, ни зернышка не передавши на ту или другую сторону.
— Ну да ведь я знаю тебя: ведь ты
большой мошенник, позволь мне это сказать тебе по дружбе! Ежели бы я был твоим начальником, я бы тебя повесил на первом
дереве.
Деревянный, потемневший трактир принял Чичикова под свой узенький гостеприимный навес на деревянных выточенных столбиках, похожих на старинные церковные подсвечники. Трактир был что-то вроде русской избы, несколько в
большем размере. Резные узорочные карнизы из свежего
дерева вокруг окон и под крышей резко и живо пестрили темные его стены; на ставнях были нарисованы кувшины с цветами.
Кабинет его была комната ни
большая, ни маленькая; стояли в ней:
большой письменный стол перед диваном, обитым клеенкой, бюро, шкаф в углу и несколько стульев — всё казенной мебели, из желтого отполированного
дерева.
Взялся крестьянин за топор,
И
Дереву, как другу,
Он оказал услугу:
Вкруг Деревца
большой очистился простор...
К тому же, в ответ на его восклицание, какая-то
большая птица внезапно затрепыхалась в верхушке
дерева над его головою…
Он нагнал ее в двух верстах от своего дома, возле березовой рощицы, на
большой дороге в уездный город. Солнце стояло низко над небосклоном — и все кругом внезапно побагровело:
деревья, травы и земля.
Деревья сливаются в
большие, чернеющие массы; на синем небе робко выступают первые звездочки.
— Видел. Говорит, такой стоит
большой,
большой, темный, скутанный, этак словно за
деревом, хорошенько не разберешь, словно от месяца прячется, и глядит, глядит глазищами-то, моргает ими, моргает…
Блаженно улыбаясь, к лавровому
дереву подошел маленький, тощий офицер и начал отламывать ветку лавра. Весь он был новенький, на нем блестели ремни, пряжки. Сияли
большие глаза. Смуглое, остроносое лицо с маленькой черной бородкой ‹заставило Самгина подумать...
А этот, товарищ Яков, — что такое он?» — Незаметно для себя Самгин дошел до бульвара, остановился, посмотрел на голые
деревья, — они имели такой нищенский вид, как будто уже никогда
больше не покроются листьями.
Его обогнал жандарм, но он и черная тень его — все было сказочно, так же, как
деревья, вылепленные из снега, луна, величиною в чайное блюдечко,
большая звезда около нее и синеватое, точно лед, небо — высоко над белыми холмами, над красным пятном костра в селе у церкви; не верилось, что там живут бунтовщики.
Мелкие мысли одолевали его, он закурил, прилег на диван, прислушался: город жил тихо, лишь где-то у соседей стучал топор, как бы срубая
дерево с корня, глухой звук этот странно был похож на ленивый лай
большой собаки и медленный, мерный шаг тяжелых ног.
Снимок — мутный, не сразу можно было разобрать, что на нем — часть улицы, два каменных домика, рамы окон поломаны, стекла выбиты, с крыльца на каменную площадку высунулись чьи-то ноги, вся улица засорена изломанной мебелью, валяется пианино с оторванной крышкой, поперек улицы — срубленное
дерево, клен или каштан, перед
деревом — костер, из него торчит крышка пианино, а пред костром, в
большом, вольтеровском кресле, поставив ноги на пишущую машинку, а винтовку между ног, сидит и смотрит в огонь русский солдат.
Пошли в угол террасы; там за трельяжем цветов, под лавровым
деревом сидел у стола
большой, грузный человек. Близорукость Самгина позволила ему узнать Бердникова, только когда он подошел вплоть к толстяку. Сидел Бердников, положив локти на стол и высунув голову вперед, насколько это позволяла толстая шея. В этой позе он очень напоминал жабу. Самгину показалось, что птичьи глазки Бердникова блестят испытующе, точно спрашивая...
Но уж прежней славы
больше с нами нет.
Уж не светит Игорю солнца ясный свет.
Не ко благу
дерево листья уронило:
Поганое войско грады поделило.
По Суле́, по Ро́си счету нет врагу.
Не воскреснуть Игореву храброму полку!
Дон зовет нас, княже, кличет нас с тобой!
Ольговичи храбрые одни вступили в бой.
Решились искать помощи в самих себе — и для этого, ни
больше ни меньше, положил адмирал построить судно собственными руками с помощью, конечно, японских услуг, особенно по снабжению всем необходимым материалом:
деревом, железом и проч. Плотники, столяры, кузнецы были свои: в команду всегда выбираются люди, знающие все необходимые в корабельном деле мастерства. Так и сделали. Через четыре месяца уже готова была шкуна, названная в память бухты, приютившей разбившихся плавателей, «Хеда».
На станциях
большею частью опрятно, сухо и просторно: столы, лавки и кровати — все выстругано из чистого белого
дерева.
По гласису тянутся две аллеи
больших широколиственных
деревьев; между аллеями, по широкой дороге, движется бесконечная нить двуместных и четвероместных колясок, с синьорами и синьоринами, с джентльменами, джентльменками, и огибает огромное пространство от предместий, мимо крепости, до самого взморья.
Берег весь зарос сплошной чащей,
большею частью красным
деревом.
Тут стена бамбуков; я нигде не видал таких
больших и стройных
деревьев: они растут исполинскими кустами или букетами, устремляясь, как пучки стрел, вверх, и там разбегаются ветвями в разные стороны.
Это был просторный, удобный, даже роскошный, кабинет. Огромный платяной шкап орехового
дерева,
большой письменный стол с полками, пьянино, два мягкие дивана и более полудюжины кресел составляли его мебель. Вот там-то, между шкапом и пьянино, крепко привинченными к стене и полу, была одна полукруглая софа, представлявшая надежное убежище от кораблекрушения.
Можно определить и так: это такой ветер, который
большие военные суда, купеческие корабли, пароходы, джонки, лодки и все, что попадется на море, иногда и самое море, кидает на берег, а крыши, стены домов,
деревья, людей и все, что попадется на берегу, иногда и самый берег, кидает в море.
Здесь совсем другое: простор, чистота, прекрасная архитектура домов, совсем закрытых шпалерою из мелкой, стелющейся, как плющ, зелени с голубыми цветами; две церкви, протестантская и католическая, обнесенные
большими дворами, густо засаженными фиговыми, мускатными и другими
деревьями и множеством цветов.
Там то же почти, что и в Чуди: длинные, загороженные каменными, массивными заборами улицы с густыми, прекрасными
деревьями: так что идешь по аллеям. У ворот домов стоят жители. Они, кажется, немного перестали бояться нас, видя, что мы ничего худого им не делаем. В городе, при таком
большом народонаселении, было живое движение. Много народа толпилось, ходило взад и вперед; носили тяжести, и довольно
большие, особенно женщины. У некоторых были дети за спиной или за пазухой.
Гостиная была еще
больше залы; в ней царствовал полумрак, как в модном будуаре; посреди стоял массивный, орехового
дерева стол, заваленный разными редкостями, раковинами и т. п. предметами.
На дворе росло огромное
дерево, к которому на длинной веревке привязана была
большая обезьяна, павиан.
От дома шли
большею частию узенькие аллеи во все стороны, обсаженные или крупной породы
деревьями, или кустами, или, наконец, цветами.
Мимо леса красного
дерева и других, которые толпой жмутся к самому берегу, как будто хотят столкнуть друг друга в воду, пошли мы по тропинке к другому
большому лесу или саду, манившему издали к себе.
Большой, двухэтажный каменный дом, с каменной же верандой или галереей вокруг, с
большим широким крыльцом, окружен садом из тощих миртовых, кипарисных
деревьев, разных кустов и т. п.
Посредине главной аллеи растут, образуя круг, точно дубы, огромные грушевые
деревья с
большими, почти с голову величиною, грушами, но жесткими, годными только для компота.
Славное это местечко Винберг! Это
большой парк с веселыми, небольшими дачами. Вы едете по аллеям, между дубами, каштанами, тополями. Домики едва выглядывают из гущи садов и цветников. Это все летние жилища горожан,
большею частью англичан-негоциантов. Дорога превосходная, воздух отрадный; сквозь
деревья мелькают вдали пейзажи гор, фермы. Особенно хороша Констанская гора, вся покрытая виноградниками, с фермами, дачами у подошвы. Мы быстро катились по дороге.
Мы сели у окна, на самом сквозном ветру, и смотрели на огороженный забором плац с аллеею
больших тенистых
деревьев, назначенный, по-видимому, для ученья солдат.
«Да куда-нибудь, хоть налево!» Прямо перед нами был узенький-преузенький переулочек, темный, грязный, откуда, как тараканы из щели, выходили китайцы, направо
большой европейский каменный дом; настежь отворенные ворота вели на чистый двор, с
деревьями, к широкому чистому крыльцу.
В одном месте на
большом лугу мы видели группу мужчин, женщин и детей в ярких, режущих глаза, красных и синих костюмах: они собирали что-то с
деревьев.
Там, у борта, застали
большую китайскую лодку с разными безделками: резными вещами из
дерева, вазами, тростями из бамбука, каменными изваяниями идолов и т. п.
Кругом бассейна, по лесу, гнездятся на
деревьях летучие мыши, величиной с ястреба и
больше.
Большое пространство около дока завалено камфарными
деревьями, необыкновенно длинными и толстыми.
Дом американского консула Каннингама, который в то же время и представитель здесь знаменитого американского торгового дома Россель и Ко, один из лучших в Шанхае. Постройка такого дома обходится ‹в› 50 тысяч долларов. Кругом его парк, или, вернее, двор с
деревьями. Широкая веранда опирается на красивую колоннаду. Летом, должно быть, прохладно: солнце не ударяет в стекла, защищаемые посредством жалюзи. В подъезде, под навесом балкона, стояла
большая пушка, направленная на улицу.
Выскочил на полянку
большой русак, стал охорашиваться. Старая сова посмотрела на русака и села на сук, а молодая сова говорит: «Что ж ты зайца не ловишь?» Старая говорит: «Не по силам — велик русак: ты в него вцепишься, а он тебя уволочет в чащу». А молодая сова говорит: «А я одной лапой вцеплюсь, а другой поскорее за
дерево придержусь».
Один раз подле
дерева работал народ, а орел подлетал к гнезду с
большой рыбой в когтях. Люди увидали рыбу, окружили
дерево, стали кричать и бросать в орла каменьями.
Сама Грушенька лежала у себя в гостиной, на своем
большом неуклюжем диване со спинкой под красное
дерево, жестком и обитом кожей, давно уже истершеюся и продырившеюся.
Этот «верх» состоял из множества
больших парадных комнат, меблированных по купеческой старине, с длинными скучными рядами неуклюжих кресел и стульев красного
дерева по стенам, с хрустальными люстрами в чехлах, с угрюмыми зеркалами в простенках.
Но убранство комнат также не отличалось особым комфортом: мебель была кожаная, красного
дерева, старой моды двадцатых годов; даже полы были некрашеные; зато все блистало чистотой, на окнах было много дорогих цветов; но главную роскошь в эту минуту, естественно, составлял роскошно сервированный стол, хотя, впрочем, и тут говоря относительно: скатерть была чистая, посуда блестящая; превосходно выпеченный хлеб трех сортов, две бутылки вина, две бутылки великолепного монастырского меду и
большой стеклянный кувшин с монастырским квасом, славившимся в околотке.
Натоплено было так же, как и в прежний раз, но в комнате заметны были некоторые перемены: одна из боковых лавок была вынесена, и на место ее явился
большой старый кожаный диван под красное
дерево.
Цветы завяли, садовник выбросил их, и перед домом, вместо цветника, лежали черные круги взрытой земли с каймой бледного дерна да полосы пустых гряд. Несколько
деревьев завернуты были в рогожу. Роща обнажалась все
больше и
больше от листьев. Сама Волга почернела, готовясь замерзнуть.
На крыльце, вроде веранды, уставленной
большими кадками с лимонными, померанцевыми
деревьями, кактусами, алоэ и разными цветами, отгороженной от двора
большой решеткой и обращенной к цветнику и саду, стояла девушка лет двадцати и с двух тарелок, которые держала перед ней девочка лет двенадцати, босая, в выбойчатом платье, брала горстями пшено и бросала птицам. У ног ее толпились куры, индейки, утки, голуби, наконец воробьи и галки.
Везде почерневшие, массивные, дубовые и из черного
дерева кресла, столы, с бронзовой отделкой и деревянной мозаикой;
большие китайские вазы; часы — Вакх, едущий на бочке;
большие овальные, в золоченых, в виде веток, рамах, зеркала; громадная кровать в спальне стояла, как пышный гроб, покрытый глазетом.
Долина Улахе является одной из самых плодородных местностей в крае. По ней растут в одиночку
большие старые вязы, липы и дубы. Чтобы они не заслоняли солнца на огородах, с них снимают кору около корней.
Деревья подсыхают и затем идут на топливо.
От гнуса может быть только 2 спасения:
большие дымокуры и быстрое движение. Сидеть на месте не рекомендуется. Отдав приказ вьючить коней, я подошел к
дереву, чтобы взять ружье, и не узнал его. Оно было покрыто густым серо-пепельным налетом — все это были мошки, прилипшие к маслу. Наскоро собрав свои инструменты и не дожидаясь, когда завьючат коней, я пошел по тропинке.